Очередная "провокация"

 

Ранним утром следующего дня в каждое поместье поселения стали прибывать родственники. Повсюду слышались радостные возгласы, детский смех. Многие встречались со своими родственниками воочию впервые за много лет. Но главное — они впервые встречались на своей, на родовой земле. Именно этот факт вызывал во всех людях необычайное, неведомое ранее чувство причастности к своему роду, родовой земле, малой своей Родине и через неё — причастность к Родине большой.

Ласково светило солнце, и непонятно было, какие лучики теплее — идущие с неба или те, что исходили от людей, почувствовавших своё предназначение земное.

И вдруг поселение облетела тревожная новость. Она передавалась от поместья к поместью. Рыжеволосый мальчик, ездивший на велосипеде в соседнюю деревню, сообщил родителям: «Я видел, что в сторону нашего поселения идёт отряд военных. Я посчитал их — 33 человека. А за ними движутся бульдозер и экскаватор».

— Это очередная провокация, — сделал вывод отец мальчика. — Да ещё в такой день, да ещё военных подключили. Надо собрать людей.

Вскоре большинство владельцев родовых поместий со своими родственниками собрались на дороге у входа в поселение. Основания для беспокойства были серьёзные.

Благодаря зелёным книжкам серии «Звенящие Кедры России» в российском обществе стала распространяться идея преобразования страны через создание каждой семьёй своего родового поместья. Для осуществления этого плана со стороны государства необходимо было выделить каждой желающей семье бесплатно один гектар земли и принять закон о родовом поместье. Но государство с принятием закона и выделением земли медлило. И тогда многие люди в разных концах страны стали покупать по бросовой цене заброшенные, поросшие бурьяном земли и обустраивать их.

Но нашлись силы, которые исподтишка, очень продуманно стали распространять информацию, порочащую этих людей. Владельцев родовых поместий называли сектантами, экстремистами, да кем только не называли, стремясь внушить чиновникам, что этих людей надо преследовать и держаться от них подальше.

Во многих регионах России чиновники стали понимать, что идея родовых поместий очень важна для страны и претендует на национальную идею. И был подписан президентом России указ о выделении бесплатной земли на Дальнем Востоке. И был принят закон Белгородской области о родовых поместьях, и губернатор Белгородской области Евгений Степанович Савченко со сцены рассказал об этих людях.

И всё же тёмные силы продолжали действовать. Было ясно: работает группа, занимающаяся распространением заведомо ложных слухов, цель которой — не допустить позитивных преобразований в России. Прошло 20 лет с момента возникновения первых поселений, состоящих из родовых поместий, но притеснения продолжались — вплоть до сноса домов создателей родовых поместий.

Потому люди и подумали, что идущий в сторону их поселения отряд военных — это очередная провокация.

Когда отряд приблизился к стоящим на дороге людям, они расступились, обречённо встав на обочине по обе стороны дороги. Молча смотрели они на идущий между ними отряд.

На вид солдатам было лет 40-45. Все, как на подбор, атлетического телосложения, в камуфляжной полевой форме. На рукавах и краповых беретах — шевроны войск ВДВ. Они шли строем, медленно, какой-то странной походкой — ступая осторожно и почти не поднимая пыли с грунтовой дороги.

— Судя по выправке и возрасту, это не солдаты. Это офицеры какой-то элитной части ВДВ, — заметил кто-то из стоящих на обочине людей.

Вдруг идущий чуть впереди командир поднял вверх руку, и грозный отряд десантников остановился. Его остановила хрупкая, небольшого роста, пожилая женщина с фигурой, как у молодой девушки. Она быстро вышла на середину дороги и молча встала перед идущим на неё отрядом. На лице женщины была такая решимость, что, казалось, и танку боевому она не уступит свою дорогу. Перед собой хрупкая женщина держала военный китель с погонами полковника. Китель был украшен множеством боевых орденов и медалей.

Командир отряда подошёл к женщине, отдал честь и стал молча разглядывать награды.

— Меня зовут Раиса Александровна. Это китель моего мужа, Ивана Дмитриевича. Он ветеран Великой Отечественной войны, — взволнованно заговорила женщина. — Ивану Дмитриевичу исполнилось 80 лет, когда он узнал о прекрасной идее возрождения России. Он пришёл на это поле, заросшее бурьяном, увидел людей, которые пытаются возрождать землю, спасти её от запустения, и тоже купил себе гектар земли, чтобы создать на нём родовое поместье для своих детей и внуков. Он купил землю на свои деньги, на свои небольшие сбережения, которые копил на похороны.

Вначале он жил в солдатской палатке, косил бурьян, сажал деревья и писал стихи о прекрасном будущем страны. Я познакомилась с ним и восхитилась его уверенностью в прекрасном будущем. Мы поженились, построили дом, и сейчас наше поместье хорошеет с каждым годом.

Иван Дмитриевич недавно умер, и я похоронила его в нашем поместье. Люди, которых вы здесь видите, тоже строят свои родовые поместья. У всех получается по-разному. И всё равно стремление у людей хорошее, правильное, им помогать нужно, а на них клевещут и клевещут, вот уже 20 лет. Этим кто-то занимается намеренно. Вам нужно провести расследование, кто так яростно противодействует созданию прекрасных оазисов в нашей стране.

А вы сюда пришли, людей пугаете, техника за вами идёт — бульдозер, экскаватор. Зачем вы пришли, да ещё в такой день, когда в каждое поместье приезжают родственники? У этих людей сегодня праздник, «День рода моего» называется. Это день не просто рода каждого из людей. Это день рождения нашей страны! Будущей страны, самой прекрасной в мире. А вы... — Женщина замолчала.

Командир десантников достал из нагрудного кармана какую-то бумажку и протянул её женщине. Это оказалась открытка — такая же, как и другие приглашения родственникам от создателей родовых поместий, только слегка помятая и с надорванным левым уголком.

Раиса Александровна взяла открытку, внимательно прочитала текст на ней, подняла взгляд на командира и произнесла:

— Извините, если я вас обидела. Пойдёмте, я покажу, куда вам идти.

У Раисы Александровны, наверное, от волнения, закружилась голова, она покачнулась.

Командир подхватил хрупкую женщину на руки и произнёс:

— Пойдёмте. Спасибо за помощь, Раиса Александровна.

Стройный, высокий, атлетического сложения командир шёл впереди отряда бойцов и нёс на своих руках, как ребёнка, Раису Александровну.

Она одной рукой прижимала к груди китель своего покойного мужа, а другой обхватила командира за шею, положила голову на его плечо и, казалось, задремала.

Утреннее солнце отражалось от медалей на кителе ветерана Великой Отечественной войны и мягкими зайчиками гладило мужественное лицо командира отряда десантников, седые пряди на усах и в волосах его.

Вслед за отрядом десантников шли жители поселения и приехавшие к ним в гости родственники. Они не понимали, почему Раиса Александровна так быстро успокоилась, да позволила взять себя на руки, да ещё за шею обняла несущего её десантника.

Остановилась вся процессия у входа в поместье Светланы. Ни ворот, ни калитки, ни даже перекладины не было, был просто проём в зелёной изгороди, от которого вела дорожка к бытовке, находящейся на другой стороне участка, у леса. Раиса Александровна встала посередине проёма, дальше проходить было не принято без согласия хозяев поместья, и стала звать:

— Света! Светочка. Ты дома? К тебе гости приехали. Выходи быстрее.

Вскоре из-за угла домика вышла Светлана. Одета она была в длинное платье с вышивкой в славянском стиле, с венком на голове и с трёхлитровой банкой своего фирменного кваса в руках. Быстрым шагом она пошла по дорожке, ведущей к входу в поместье, дошла до середины дорожки и вдруг остановилась, как вкопанная. Она вдруг увидела, что у входа в её поместье стоит отряд военных в краповых беретах, толпа соседей, и все молча на неё смотрят.

— Ну что ж ты встала, Светочка? Говорю же, встречай гостей, они к тебе на праздник наш приехали. Не бойся, они хорошие. Это офицеры нашей Российской армии, — подбодрила её Раиса Алек¬андровна.

Медленно, очень медленно Светлана подошла к Раисе Александровне, окинула взглядом стоящих по стойке смирно десантников в краповых беретах и каким-то сдавленным голосом произнесла:

— Это какая-то ошибка. Они не ко мне. Я никого не звала.

— Ну, как же не звала? Что ты говоришь, Светочка? Я же сама видела открытку, тобой подписанную. Открытку — приглашение на праздник — ты кому отправляла?

— Отправляла своему однокласснику, соседу по дому.

— Ну вот видишь, значит, всё-таки отправляла.

Светлана всматривалась в лица стоящих перед ней военных. Одни смотрели на Светлану с восхищением, иные с неподдельным интересом, другие с нескрываемой любовью.

«Что произошло? Почему они так смотрят на меня? Кто я для них? Кто они для меня?» — думала растерянная Светлана.

Она не знала, что ещё полгода назад командир рассказал своим друзьям- однополчанам о ней, одинокой женщине, которая приобрела гектар земли и решила обустроить на нем своё родовое поместье в память о своих предках и для будущих своих потомков.

— Она создала прекрасный проект своего будущего пространства, — рассказывал командир. — Она в одиночку пытается реализовать свой проект.

Но не всё может осуществить женщина в одиночку, поэтому она попросила помощи у него. Командир пообещал ей помочь, потому что она для него не просто женщина, она — его первая, ещё школьная любовь.

И вызвались добровольцы помочь своему командиру и необычной женщине. В свободное время они собирались вместе и обсуждали, что нужно сделать и как действовать для реализации проекта, задуманного необыкновенной женщиной. И каждому хотелось встретить свою женщину со столь осмысленным отношением к жизни.

Раиса Александровна спросила у Светы:

— Ты, Светлана, когда видела в последний раз своего одноклассника?

— На школьном балу выпускном.

— Много лет с тех пор прошло. Ты уже давно не девочка-выпускница в белом фартучке и с бантиками в косичках. И твой одноклассник мог измениться. Посмотри внимательно, вот он! — жестом указала Раиса Александровна на стоящего в трёх шагах от них командира отряда десантников.

Светлана сделала несколько неуверенных шагов и встала перед командиром. Она внимательно изучала его лицо. Вокруг наступила необыкновенная тишина. Казалось, даже листья перестали шелестеть на ветру.

— Ваня?! — вдруг выкрикнула Светлана. — Ваня непутёвы... — Она запнулась: слишком уж не подходила школьная кличка Ивана стоящему перед ней статному офицеру.

Толпа, будто затаившая дыхание, выдохнула: узнала наконец-то.

— Так точно, я Иван, твой одноклассник и сосед. Здравствуй, Светлана!

— Здравствуй, Ваня! Ты, значит, пришёл ко мне. Ко мне в гости?!

— Так точно. Пришёл. К тебе пришёл на три дня, чтобы помочь тебе, как ты просила в своём письме.

Взволнованная и растерянная, Светлана не знала, как вести себя дальше. Она протянула Ивану банку с квасом:

— Это квас, он вкусный. Попробуй.

— Спасибо, — ответил Иван. Взял банку с квасом, отпил два глотка и отдал квас стоящим в строю десантникам.

— А эти люди, солдаты... они все тоже с тобой? Они с тобой тоже все ко мне? — спросила Светлана.

— Так точно. Они мои однополчане и друзья. Я пригласил их с собой, потому что посчитал, в одиночку не успею осуществить твой план за три дня.

— Какой мой план, Ваня? — недоумённо переспросила Светлана.

Иван взял висевшую у него на боку офицерскую сумку и стал расстёгивать её. Светлана узнала эту сумку: с ней он ходил в школу все десять лет.

Но ещё больше она удивилась, когда узнала, что в ней.

Иван расстегнул офицерскую сумку и развернул находящийся в ней планшетник, Светлана увидела рисунок своего будущего поместья — тот самый, который рисовал с её слов мальчик Виктор. Рисунок был разделён на квадратики, и каждый квадратик имел свой номер.

— Этот план нарисовал мальчик, который отдыхал в нашем летнем лагере. Он несколько раз приходил ко мне в гости. Виктором его звали. Но как этот рисунок оказался у тебя, Иван? — удивлённо спросила Светлана.

— Докладываю. Мальчик Виктор — это мой сын, Светлана. Точнее, сын моего погибшего младшего брата. Теперь он — мой сын. Виктор учится в Суворовском училище. Там преподают топографию местности. Вот он и сделал по моей просьбе план твоего будущего поместья. Ты разреши, Светлана, войти моему отряду на территорию твоего поместья, и мы превратим в реальность твои мысли о будущем.

— Ваня!.. Ваня! — взволнованно произнесла Светлана. — Ничего не получится — у меня всего две лопаты. У меня нет инструмента, чтобы работать, и посуды, чтобы вам стол накрыть. И мне негде вас спать уложить. Я же не знала, что ты не один приедешь.

— Пожалуйста, не беспокойся, Света. У нас всё есть: кухня походная, палатки, спальники, инструменты. У нас есть всё, что необходимо для каждого квадратика твоего будущего родового поместья.

Позволь нам войти на территорию твоего поместья согласно твоему приглашению.

— Войти? Согласно приглашению? Пожалуйста, пожалуйста, входите!

Иван повернулся к отряду и скомандовал:

— Для выполнения утверждённого плана по вверенным квадратам разойтись.

Десантники в краповых беретах, захватив с собой инструменты со стоящей сзади машины, кто быстрым шагом, кто бегом рассредоточились по гектару земли, заросшему берёзами и бурьяном. Иван окинул взглядом территорию, на которой приступили к работе его бойцы, снял с пояса рацию и спросил:

— Информационный центр к работе готов?

— Так точно, командир. Информационный центр к работе готов, — ответил голос из рации.

— Дислоцируйтесь у входа в поместье, — при¬казал Иван и добавил: — Я ухожу в 39-й квадрат.

 

 

ГЛАВНАЯ

Связь с создателем сайта

Книги представлены для ознакомления,
приобрести их можно
здесь.

Создание сайтов - sitearts.ru

Сайт был полезен? Можете нам помочь
 Нажмите на эту кнопку